Одна моя знакомая работает в Горгазе г. Ставрополя. Ее обязанность
ходить по домам и улицам проверять, люки, газовые стояки на предмет
утечек газа; и вообще - все ли в прорядке с газовым хозяйством у
абонентов. Надо сказать, что на тот момент она только начала там
работать. Работают они парами - ее напарница в Горгазе работала уже
давно, на такого даже она, наверное, не отмачивала и не слыхала. 
В общем уже затурканная своей работой новобранница с напрарницей
вломились в очередной дом на предмет имправности газовых стояков. И вот
тут начинается Прикол. На стук выходит молодой парень и на немой вопрос
"Зачем пришли?", уже уставшая работница и говорит:"Молодой человек,
можно понюхать Ваш СТОЯЧОК?" Немая сцена несколько секунд. У парня
отвисла челюсть. И тут напарница начинает ржать, как дикая лошадь.
Такого за свою нескучную работу она еще не слышала. А Ленка густо
покраснела и начала глупо отмазываться.

Родились у знакомой некоторое время назад близнецы. Причем... даже не
двое. 

Разумеется, дело это, мягко говоря, хлопотное; а хлопотнее всего то, что
спят они не синхронно. И, чтобы это как-то устаканить, взялись помочь
обе бабушки. 

Когда через полгода маму спросили: "Наверное, счастье, когда они все
разом спят?"

- Нет, - задумчиво ответила мама. - Счастье - это когда одновременно
  спят обе бабушки.

Эту историю рассказал старший оперативный дежурный ОВД района Царицыно
Вадим Минаев. 
Был обычный субботний день. В дежурке кипела работа. Эфир разрывался от
количества оперативной информации. Я отдавал указания патрулям, давал им
адреса для проверки сведений, поступающих со службы "02". Народ в жилом
секторе отдыхал на полную катушку: то драка в кафе, то нарушение тишины,
а тут еще и труп в квартире, похоже криминальный (как доложил участковый
уполномоченный милиции Сергей Писаренко). 
Как и положено в подобных ситуациях, для отработки версии об убийстве я
запросил окружную следственно-оперативную группу с кинологом и вызвал
дежурного следователя прокуратуры. Все бы ничего, только в запарке я
направил всех на адрес, где уже группа немедленного реагирования
отработала - помирила семейную чету, вышедшую за рамки делового
эффективного общения. О том, что потом произошло читайте дальше. 
Слегка помирившиеся, после приезда сотрудников патрульно-постовой
службы, супруги решили пообедать. Не успели они сесть за стол, как
раздался звонок в дверь. 
- Откройте милиция! - раздалось за дверью. 
- Наверное, они что-то забыли, - произнес муж и пошел открывать. 
На пороге группа милиционеров: 
- Приносим свои соболезнования. Вы родственник? Нам надо осмотреть место
  происшествия. 
- Так ваши уже приезжали, - не понял хозяин квартиры. 
- Да и мы еще не все, там вон еще кинолог с Мухтаром поднимаются, -
  произнес один из прибывших, - они в лифте не поместились. 
После осмотра квартиры сотрудниками милиции и Мухтаром группа спешно
покинула квартиру: 
- Извините, только что по рации нам дали другой адрес. До свидания!
  Будьте здоровы! 
- И вам не болеть...
"В следующий раз ты иди открывать", - обратился к супруге немного
обескураженный муж, садясь за обеденный стол. Не успел он взять ложку,
как раздался все тот же звонок в дверь. 
- Милиция? - спросила неуверенно хозяйка. 
- Прокуратура! - убедительно раздалось за дверью. 
- Открывайте побыстрей, мамаша, мне еще на два преступления ехать. Что
  тут у вас - криминальный? Следственная группа, кинолог были? 
- Были, только что уехали. - ответила дама, отворяя дверь, но не снимая
  ее с цепочки. 
- Как уехали? - не поверил гость и стал набирать номер на мобильнике. 
После короткого эмоционального разговора с кем-то, гость извинился за
беспокойство и откланялся. 
- Ничего не понимаю, - произнес муж, принимаясь в очередной раз за еду и
  обращаясь к супруге - Какой сегодня день? Пятница тринадцатое вроде бы
  уже давно прошло! 
Звонок в дверь вновь перебил хозяина квартиры. 

Люди в белых халатах с носилками долго недоумевали почему их не пускают
и заставляют ждать. Связавшись со своей базой, они, наконец, уехали. 
Следующим на пороге возник скромный гражданин, облаченный во все черное,
его траурный голос произнес: 
- Извините за беспокойство. Наша фирма самая лучшая в районе. Сделаем
  все быстро, качественно и дешево. 
- А чем Ваша фирма занимается? 
- Оказанием ритуальных услуг. 
Посмотрев друг на друга, супруги неожиданно для гостя, обнялись и
зашлись в истерическом хохоте. 
Больше на этот адрес милицию не вызывали, видимо супруги помирились
надолго. 

Взято отсюда: 
http://uao.mos.ru/uvd/main.asp?page=news.asp®ion=uvd

Подружка дочери, 10 лет, жалуется на родителей, которые не уделяют ей
достаточного внимания: 
- А папа вообще как с работы приходит, поужинает - и сразу в бильярдную
  спешит - там у него друзья, турниры...(надо сказать что отец у нее
  серьезно играет в бильярд и даже занимал призовые места на чемпионатах
  города)
Говорю ей: - Так ты попроси его не ходить туда и с тобой вечером во что
нибудь поиграть. 
- Да просила уже! 
- Ну и что он? 
- Да что, что - достает маленький настольный бильярд и говорит - ну если
  ты хочешь, давай поиграем...

У нашей учительницы по истории висел в кабинете плакат "Крестьяне несут
оброк феодалу". На плакате изображены несколько ситуаций: крестьяне
ведут свиней, гусей, овощи несут и т. д. А на переднем плане большая
корзина с яйцами. 
Урок в 6м классе. Тема - феодальные отншения. Вызывают мальчика. Ну
мальчик, как водится, почти ничего не знает и все ему подсказывают.
Кое-как отвечает и учительница задает последний вопрос: "Что такое
оброк?". Все показывают ему на плакат, он смотрит и собравшись
отвечает:"Оброк - это когда крестьяне ОТДАЮТ СВОИ ЯЙЦА ФЕОДАЛУ":)))))
Вадик

Доброго времемени суток посетителям сайта. В конце 70-х годов я с теткой
забрели на выставку в Сокольниках, посвященную оборудованию для упаковки
пищевых продуктов в новую по тем временам для советского человека форму
- квадратные высокие пакеты (Тетрапак если не ошибаюсь). В то время
молоко продавалось в магазинах только в ужасно текущих треугольных
пакетах, кефир - в стеклянных бутылках, сметана только в развес в вашу
банку. Для наглядной демонстрации была собрана производственная линия,
на которой в пакеты с разными вкусными надписями ( молоко, кефир,
сметана, сливки ) разливалась обычная водопроводная ВОДА. Многие
посетители выставки принимали за правду содержимое пакетов, написанное
на них и набирали ПОЛНЫЕ СУМКИ пакетов, наполненных на самом деле ВОДОЙ.
Представляю их глубокое разочарование, когда притащив неподъемный груз
домой и открыв пакеты обнаруживали вместо молочной продукции обычную
ВОДУ!!! 
Валерыч.

Прохожу вчера через рынок. 
Вижу: сидит девушка, нижним бельем торгует. На прилавке, ручкой на
листке написанное обьявление: "Трусы не меняю"! 
Плевался и хохотал. 

Клинт Иствуд

Было это в школе, в классе 10-11, когда народ уже знал откуда дети
берутся, да и во всем остальном разбирался совсем не плохо. Итак, идет
урок литературы. Учитель под диктовку дает классу текст критической
статьи к рассказу "Обрыв" (в названии могу и ошибаться), и одновременно
проверяет тетради. Класс - куча оболтусов, рассказ почти все не прочли и
о чем в нем идет речь узнают из текста статьи. Сам процесс записи статьи
особого восторга не у кого не вызывает, все скучая пишут. Я и сейчас уже
не помню о чем был тот рассказ, но это для истории не важно, важно
следующие: 
Учитель: - после такого удара судьбы, такой трагедии, изменившей ее
(главной героини) мировоззрение она (героиня) стала отдаваться любому...

Класс заинтересованно поднимает головы, с нетерпением ждет продолжения
текста (учительница увлеклась проверкой тетрадей и пауза затягивается)
Учитель (продолжает): - даже самому мелкому делу... 
После этого преподаватель так и не понял по какой причине все смеются
как сумасшедшие...

Утро. Суббота. Папа. Ребенок. Собака. 
Дочь носится вокруг отца, прыгает, мешается под ногами. 
- А я похожа на тушканчика? 
- Нет
- (поменяв технику прыжка) А так? 
- Нет
- А так? 
- Нет... хотя есть у вас что-то общее...
- (радостно) Что?! 
- У тебя такое же количество мозгов как у тушканчика...
- Ну мне ведь уже 6 лет!! 
- Нда... прокол... с таким количеством мозгов тушканчики до такого возраста
  не доживают. Их просто сбивает машиной.

Тренажерный зал, группа *мастеров*, периодически тыча пальцами в
окружащих, оживленно спорит о чем-то своем. 
И вот, один из самых активных спорщиков - розовощекий деревенский бугай,
выстреливая пальцем в сторону худющего и довольно мрачного паренька,
кричит: 
- Нет, ну смотри, вот ентот вот дохлый-предохлый, зато пресс-кубиками!
На что парниша моментально, но довольно флегматично реагирует: 
- Это.. не пресс.. это.. позвоночник

Расставанье - маленькая смерть, так кто-то пел, кажется, да? А пожар
равен двум переездам, то есть, переезд это полпожара. Значит, эмиграция
- это куча маленьких смертей плюс полпожара плюс новый язык, плюс все с
нуля, плюс, плюс, плюс... Противная это штука, даже если подсластить ее
гордым термином "репатриация" – типа, возвращение поблудивших сыновей к
патеру Израилю. Тяжело, тяжело... Такой естественный отбор происходит,
что сам Дарвин, приехав сегодня, в лучшем случае устроился бы охранять
автостоянку. И, главное, непонятно, от чего это зависит. Вот, к примеру,
мы с Машкой на одном курсе института учились, одних лекторов слушали, а
приехали – и как из разных миров. И иврит у нее не пошел, и на первой
работе она не удержалась, и со второй ушла, когда начальник руки стал
распускать... Я, конечно, тоже с самых низов начинал, но зато сейчас...
Впрочем, когда я начинаю куррикулить свою вите, мне самому становится
неловко за свое хвастовство. Тем более что я не об этом хотел
рассказать. 

Когда Машка пару лет помыкалась без работы, а я начал неплохо
зарабатывать, решили мы ребенка завести – часики-то биологические
тикают, Машке к тридцати идет. И завели. Талечку. А с маленьким ребенком
трудно на полную ставку устроиться, вот и пошла Машка в книжный магазин
подрабатывать – благо, в стране русских магазинов уже больше, чем самих
русских. Покрутилась она там пару лет, сотню новых книг прочла, две
сотни продала, подумали мы, поразмышляли... и сотворили Михалечку. Машка
декретный отпуск отсидела, а я посчитал весь дебет-кредит и говорю ей,
мол, Машуня, извини, но чтобы окупить два частных садика деткам и
бэбиситтера по необходимости, женщина должна тысячи полторы долларов
зарабатывать, в пересчете на наши шакальи. А в русском магазине больше
минимальной зарплаты никак не выбить, верно? Верно, говорит. Ну, так,
может, есть смысл пока в домохозяйки переквалифицироваться, спрашиваю.
Есть смысл, говорит. И осталась Машка дома. А дальше замкнутый круг
получается: не работаешь – язык забывается, язык ни к черту – с работой
по профессии можешь попрощаться. Талечка подросла, в обязательный садик
пошла дошкольный, тут же на иврите заболтала, а больше Машке на языке
Талечки и Бен Иегуды и поговорить не с кем. Не скрою, меня это вполне
устраивало: дети ухоженные, развитые, Машка им каждый день книжки
читает, на кружки их водит – и на бальные танцы, и на плавание, и дома
всегда чисто, и ужин вкусный – чем не рай?! Конечно, иногда меня
раздражало, что Машка сериалы эти дебильные смотрит, в русских газетах
всякую ерунду читает, но за все же надо платить, не так ли? Ну, так она
деградирует немного – что с того? Если ее это устраивает, так и я
как-нибудь перетопчусь! Я даже налево от нее не стал ходить, и не
потому, что я принципиально верный муж, а просто цель не оправдывает
средства. Уламывать кого-то, сбегать с работы, таскаться по гостиницам,
чтобы доказывать случайной бабе, что ты офигенный Фидель Кастро в
койке?! Зачем? Машка теплая, уютная, всегда под рукой, два раза в неделю
впендюрил ей – и Вася! А я себе абонемент в бассейн сделал, с мужиками
после работы на пиво ходил, баскетбол с ними в пабах смотрел на большом
экране. По-моему, все может быть куда хуже, нет? 

И "куда хуже", действительно, наступило. Захотелось мне сына.
Наследника. Подкатился я к Машке, она, естественно, не возражала, и
родился у нас Итайчик. Мне как его из родильного зала вынесли
желтенького – у меня ноги от счастья ослабли. Только прошла неделя, а
желтушка не уменьшается. Врачи брови подняли, пару анализов крови
сделали и перевели Итайчика в детскую хирургию. Вызвал нас с Машкой на
беседу профессор Краус – благообразный такой мужик с остроконечной
бородкой. На иврите говорите, спрашивает. Ну, мы с Машкой кивнули. Тут
он нам и выдал. 

У Итая, говорит, врожденная патология печени. Билиарная атрезия
называется. То есть, внутри печени в норме есть протоки, по которым
желчь идет и выходит наружу. А у Итайчика таких желчных протоков от
природы нет, и потому все застаивается в печени, и ничего такая печень
не фильтрует, ясно? В общем, жить с этим нельзя. Это я вам рассказываю
то, что сам из речи Крауса понял – я же не врач, а когда сам несколько
раз пытался в Интернете разобраться, что это за болезнь, голова у меня
начинала раскалываться, на нервной почве, наверное. Что же делать,
спрашиваю я профессора. Он покачал головой и говорит, мол, пока кроха
совсем маленькая, можно сделать временную операцию, чтоб желчь в
кишечник выливалась, а вообще-то нужна пересадка печени. А что у нас в
стране с очередью на пересадки творится, вы и сами знаете. Я уже начал
думать, как бы побыстрее машину продать, квартиру перезаложить, чтоб
деньги на пересадку в Европе скопить, а Краус говорит: "Часто таким
детям подходит печень родителей". Я обомлел, как же так, говорю, мы же
живы пока. Краус объясняет, мол, ребенку достаточно левой доли печени
родителя, а тому и правой доли лет на двести может хватить – мы,
оказывается, печень процентов на десять используем. Я спрашиваю жену:
"Ну, что, Машуня, проверим, не подойдет ли наша печень Итайчику?" – она
головой кивает, мол, что за разговоры могут быть, если надо сына
спасать. 

В общем, сделали сынуле временную операцию, а мы пока сдали анализы на
совместимость тканей. Через месяц вызывает нас с Машкой Краус, веселый,
подмигивает. Подошла Машкина печень на трансплантацию, говорит! И сам
улыбается, видно, что доволен, как ребенок. Объяснил нам, что надо дать
Итайчику еще пару недель подрасти, окрепнуть – и можно пересаживать. Не
передумали, спрашивает? Я так шутя бросаю: "Что, Машуня, даешь Итайчику
печень?", а она слегка побледнела (все-таки операция, не шутка!) и
говорит, да, конечно, что за вопрос. 
Словом, назначили нам дату, приготовили две бригады хирургов: обычных и
детских, Машку отправили к анестезиологу, хотя она сопротивлялась,
говорила, что не понимает, зачем надо тратить время на ее обследование.
Накануне вечером сходили мы в ресторан, хотелось мне Машку подбодрить, а
то она несколько последних дней совсем кислая ходила, глаза на мокром
месте были все время – ну, психует, ясное дело. Поели, поболтали,
словом, хорошо посидели, потрахались вкусно перед сном, не без того. А
утром я ее в больницу привез. Проверил внутренний карман пиджака, не
потерялось ли колечко – я Машке его накануне купил, чтобы сразу после
операции надеть, в знак любви и восхищения. Ну, зашли мы в палату, где
Машке раздеваться надо, и тут она из сумочки достает несколько листов и
протягивает мне. 

Разворачиваю я эти листы, а там целая инструкция, когда у Талечки
кружки, когда у Михалечки, сколько ей воды теплой в кашу наливать, да
где пижамы лежат, et cetera, et cetera – чуть ли не что им в армию с
собой давать на курс молодого бойца. Я смеюсь, мол, чего ты, Машуня,
зачем мне все это, я своей маме на пару дней девочек скину, пока мы в
больнице перекантуемся, а Машка мне так серьезно отвечает, они теперь на
твоей ответственности, так что тебе и знать, как с ними обращаться!
Потрепал я ее по щеке ласково, не глупи, говорю. Тут за ней и пришли. 

Сколько времени они в операционной пробыли, я точно не знаю. Около пачки
сигарет и бутылку водки, судя по моим временным отметкам. Потом выходит
хирург, русский парень, говорит мне, мол, зашили уже Машку, все с ней
хорошо, переводят ее в "просыпательную комнату" (а я не знаю, как
перевести на русский "хадар йиторэрут"). А как сын, спрашиваю? Вроде
неплохо, отвечает, но лучше Крауса дождаться. Ну, я еще четыре сигареты
и два глотка прождал, выходит Краус, смеется, издали мне рукой машет. Я
– к нему, он от моего запаха морщится и говорит: "Все, удалили мы Итаю
его печень, вставили вместо нее материнскую. К кровеносным сосудам ее
присобачили, будет печень вместе с малышом расти, а по мере
необходимости клетки печеночные в размерах увеличатся. Все будет о'кей,
папаша!" Я его целую, рыдаю от счастья, а он кричит: "Заберите его от
меня, а то еще черт знает, что о нас подумают!" – ну, в шутку, конечно.
Иди к жене, говорит, сыну ты все равно пока не нужен, он еще под
наркозом. 

Прибежал я в палату к Машке, вижу, спит она, а мне ж не терпится! Я ее
легонько по щекам похлопал, Машка глаза открыла и в ужасе на меня
смотрит. Неужели операцию отменили, спрашивает. Нет, говорю, все уже
позади. И тут она меня вопросом огорошила: "А почему же я жива?" "То
есть как это "почему жива"?" – удивляюсь я. "Ну, без печени же не
живут", – говорит она. Я головой мотаю, как лошадь, ничего понять не
могу. Машка, говорю, ты чего? Нам же профессор Краус объяснял про левую
долю печени, которую берут у донора и пересаживают, ты что, не поняла
ничего? Нет, говорит, он на иврите говорил и быстро, я только отдельные
слова улавливала, надеялась, что ты все за нас обоих поймешь. Я трезвею,
как под холодным душем. Ты что, говорю, думала, что тебя врачи убьют,
чтобы твою печень Итайчику отдать? Так это же Итайчику, отвечает, а в
глазах у нее слезы. 

И вот стою я, смотрю на нее, в пиджаке кольцо, в кармане брюк
инструкции, которые она мне, вдовцу своему, писала, и только об одном и
думаю: какое же я говно рядом с Машкой моей деградировавшей... 

http://yan-ka.livejournal.com/489993.html